воскресенье, 20 сентября 2015 г.

Библия и ранние христиане о крещении




ПОЛНОЕ ПОГРУЖЕНИЕ В ВОДУ
КРЕЩЕНИЕ ВЗРОСЛЫХ, А НЕ МЛАДЕНЦЕВ
ПОДГОТОВКА К КРЕЩЕНИЮ






ПОЛНОЕ ПОГРУЖЕНИЕ В ВОДУ



Слово «крещение» — это перевод греческого слова «бапто́» [«бапти́зо»], означающего «окунать, погружать, обмакивать» (Иоанна 13:26). В библейском смысле «крестить» — значит «погружать». При этом речь идет о полном погружении. «Библейский словарь Смита» отмечает: «Строго говоря, [греческое слово] „крещение“ буквально означает „погружение“». Этот факт подтверждается библейскими примерами. Иисус крестился в полноводной реке, Иордане, и после крещения он «поднялся из воды» (Мк 1:10; Мф 3:13, 16). Иоанн решил крестить в Иорданской долине, недалеко от Салима, «потому что там было много воды» (Ин 3:23). Кроме того, поскольку крещение символизировало погребение, оно проводилось путем полного погружения (Рм 6:4—6; Кл 2:12).

 Примечательно, что некоторые французские переводчики Библии, например Юбер Перно и Андре Шураки, об Иоанне говорят не «Креститель», а «Погружатель» (l’Immergeur). А в сноске к Матфея 3:1 в русскоязычном «Смысловом переводе» Иоанн называется «Погружающий».

Показателен пример эфиопского вельможи, которого крестил Филипп. В «Смысловом переводе» Библии мы читаем, что эфиоп, увидев водоем, сказал: «Что мешает мне принять обряд погружения?» (Деяния 8:26—39). О крещении эфиопского евнуха Филиппом в «Библии Ротергама» говорится: «Сошли оба в воду, Филипп и евнух, и он погрузил его в воду» (Деяния 8:38, «The Emphasised Bible»). Согласно библейскому повествованию, они оба «сошли в воду», а затем «вышли из воды» (Деян. 8:38,39).

В «Оксфордском библейском справочнике» говорится: «Судя по описанию отдельных случаев крещения в Новом Завете, того, кто крестился, погружали в воду с головой» («The Oxford Companion to the Bible»).

Исторические источники свидетельствуют о том, что изначально христианское крещение проводилось путем полного погружения. Так, в «Новой католической энциклопедии» отмечается: «Очевидно, что крещение в ранней церкви проводилось погружением в воду» (New Catholic Encyclopedia. 1967 год, том II, страница 56). 

Пьер Жунель, профессор католической литургии в Париже, говорит: «Крестящийся стоял в воде по пояс. Священник или дьякон клал руку на голову и полностью погружал его в воду».

В книге «После Христа. Торжество христианства» замечается: «Крещение в его самом основном виде требовало исповедания веры, за которым следовало полное погружение в воду во имя Христа» («After Jesus—The Triumph of Christianity»).

В одном известном французском труде говорится: «Первые христиане крестились посредством погружения везде, где была вода» («Larousse du XXe Siècle», Париж, 1928 год).

Историк Август Неандер писал в своем сочинении по истории христианства первых трех веков: «Первоначально крещение совершалось погружением» («History of the Christian Religion and Church, During the Three First Centuries»). 

«Крещение совершалось погружением в воду» (Хусто Л. Гонсалес «История христианства. От основания Церкви до эпохи Реформации»).

«Крестили обычно способом погружения. Эта практика опирается на первоначальное значение греческих слов βαπτίζειν и βαπτισμός, например, Иоаннова крещения в Иордане, на тот факт, что апостолы сравнивали это святое таинство с чудесным переходом через Красное море, со спасительным ковчегом во время потопа, с очищающей и освежающей баней, а также с погребением и воскресением, — и наконец, на традицию, которая существовала в древней церкви и до сего дня сохраняется на Востоке» (Филипп Шафф «История христианской церкви. Апостольское христианство. 1-100 г. По Р.Х.»).

«Археологические свидетельства не оставляют никаких сомнений в том, что погружение было обычной формой акта крещения в течение первых десяти-четырнадцати столетий»,– говорится в журнале «Пастырство» (англ.). В нем также сообщается: «Среди развалин ранних христианских сооружений, а также в действующих до сих пор древних церквах можно установить историю проведения христианского крещения. Подробности к этой истории добавляют изображения в катакомбах и церквах, мозаики на полу, стенах и потолках, скульптурные рельефы и рисунки в древних новозаветных рукописях... Это – вдобавок к находящемуся во всех трудах отцов церкви свидетельству, что погружение было общепринятой формой акта крещения в ранней церкви».




Впрочем, во II веке, когда умер последний апостол, в некоторых христианских собраниях постепенно начали появляться собственные поместные практики проведения крещения. Так, в древнем труде «Дидахе» вводится целый ряд правил относительно поста перед крещением, а также допускается «троекратное поливание на голову крещаемого». Ссылаясь на наметившуюся церковную тенденцию, историк Хусто Л. Гонсалес отмечает: «Крещение окроплением головы практиковалось… только в исключительных случаях, когда того требовало состояние здоровья, когда крещение совершалось на смертном одре или когда не хватало воды. Альтернативная форма крещения получила распространение в IX веке в более холодных районах Западной Европы. В Италии крестить погружением продолжали до XIII века, а в восточных церквах - греческой, русской и других - погружением крестят до сих пор» (Хусто Л. Гонсалес «История христианства. От основания Церкви до эпохи Реформации»).

Тем не менее, полное погружение в воду еще долгое время оставалось приоритетным видом крещения новообращенных. «Настоящий обряд состоял почти всегда в полном погружении в воду», - замечает историк Амброджо Донини («У истоков христианства»).

В конце концов простая крестильная церемония апостольских времен превратилась в многосложное таинство, с особыми одеждами и телодвижениями, изгнанием нечистой силы, освящением воды, чтением Символа веры и миропомазанием. Набирало популярность неполное погружение. Купели в баптистериях (сооружениях для крещения) становились все мельче, некоторые из них уменьшились наполовину по размеру и глубине. Например, в Казере (юг Франции) купель, которая первоначально была глубиной более метра, к VI веку стала менее полуметра в глубину. А приблизительно в XII веке в Римско-католической церкви полное погружение в воду заменилось окроплением святой водой.




КРЕЩЕНИЕ ВЗРОСЛЫХ, А НЕ МЛАДЕНЦЕВ



Согласно Библии, крещение — это шаг, который верующий человек должен сделать осознанно (1 Петра 3:21). Иисус велел Своим последователям крестить не младенцев, а верующих, наученных соблюдать его заповеди. Он и сам не был младенцем, когда был погружен в воды Иордана; ему «было около тридцати лет» (Луки 3:21—23; Матфея 28:19, 20).

Во всех описанных Библией случаях крещения людей видно, что ими были только взрослые лица, «мужчины и женщины», способные слышать слово истины и принять осознанное решение посвятиться на служение Богу (Смотрите случаи крещения в книге Деяния: гл. 2:38-41; 8:12,37-38; 9:17,18; 10:44-48; 16:14-15; 18:8; 19:5).

«Не известно ни одного случая, чтобы апостолы крестили непросвещенных и необращенных, то есть младенцев» (В.М. Марцинковский «Крещение взрослых и православие»)

«[Ранние Отцы церкви] считали крещение действенным в случае крещения взрослых и только в связи с правильным внутренним расположением и целью» (Луис Беркхоф «История христианских доктрин»).

«До конца II века нет сведений о крещении детей. (Ср. подтверждение этого в научной экзегетике, которая признает, что в Новом Завете нет никаких следов крещения детей (Неrzog, Realencyklopedie), что “Христос не устанавливал детокрещения” (Prof. Neander. Geschichte der christlichen Religion und Kirche. Hamburg 1826 1, 533, 547, 548. Наука признает также, что следы детокрещения можно найти лишь в конце II в.). Оно начинает появляться в более спокойные периоды, когда не было гонений на Церковь, при императорах Коммоде, Септимии Севере (180-308 г.), Гелиогабале, Александре Севере, Кордиане, Филиппе Арабе (218-349 г.). 

В своей книге «Всеобщая история христианской религии и церкви» церковный историк Август Неандер писал о христианах I века: «Первоначально христианское крещение принимали только взрослые люди, так как считалось, что крещение тесно связано с верой».

В труде «История насаждения и руководства христианской церкви апостолами» Август Неандер отмечает: «В тот период не было обычая крестить младенцев. [...] То, что первое упоминание о крещении младенцев встречается лишь в дни Иринея Лионского [ок. 120/140 — ок. 200/203 н. э.] (определенно не раньше), и то, что обычай крестить младенцев был признан как апостольское предание лишь в третьем веке, свидетельствует не в пользу, а скорее против того, что это предание произошло от апостолов» (Neander A. History of the Planting and Training of the Christian Church by the Apostles, Нью-Йорк, 1864. С. 162).

«О крещении детей в первоапостольской церкви нигде нет ни малейшего упоминания. Мы не встречаем случая детокрещения ни в одной книге Св. Писания. Исследуя церковную историю, мы находим, что первым, кто упоминает о крещении детей, был епископ Лионский Ириней (около 200 года по Р. X.). Но было бы ошибкой допустить, что к этому именно времени учение о крещении детей вылилось в форму церковного догмата. Напротив, еще в IV веке крещение взрослых было обычным церковным правилом. Лишь в VI веке, когда господствующее положение государственной церкви утвердилось, крещение младенцев стало явлением распространенным, общепринятым и даже обязательным» (П.И. Рогозин «Откуда все это появилось»).

«Исследователями до сих пор точно не установлено, крестили ли в ранней церкви младенцев. По ряду сведений в начале III века христианские родители иногда крестили своих детей в младенческом возрасте. Но документы более раннего и более позднего периодов так скупы на этот счет, что делать выводы на их основании не представляется возможным» (Хусто Л. Гонсалес «История христианства. От основания Церкви до эпохи Реформации»).

Отдельные высказывания церковных авторитетов на рубеже II-III веков о допустимости детского крещения, тем не менее, встречали внушительный отпор со стороны основной части христианской церкви того периода. В конце II века „отец церкви“ Тертуллиан писал: «Пусть [дети] становятся христианами, когда станут способными знать Христа». Однако позднее Ориген (185—254) высказал мысль, что «крещение должно отправляться даже для младенцев» (Selections From the Commentaries and Homilies of Origen. Мадрас, Индия, 1929. С. 211). 

Практика детокрещения была подтверждена на Карфагенском соборе (ок. 252 года н. э.). «Епископ Карфагенский Киприан пишет в 252 г. в письме к Фиду про постановление поместного Карфагенского собора: “Все мы почли за лучшее ни одного родившегося человека не лишать милости и благодати Божией”. Определение собора гласит: “Не должно нам никого устранять от крещения и благодати Бога, а особенно детей, которые своим плачем и слезами выражают одно моление” (Твор. св. Кипр. еп. Карф., ч. V. Киев 1879). Но собор этот был весьма невысок по нравственному уровню своих участников, напоминая собою наши епархиальные съезды. Тот же Киприан в “Книге о падших” сетует о том, что Карфагенская церковь низко пала в течение 40 лет мира, предшествовавшего гонениям со стороны императора Декия, и говорит про епископов своего времени, что, “оставив кафедру и удалившись от стада, они блуждали по городам, вели прибыльную торговлю, прибегали к хитростям и обманам” и т. п. Конечно, большинством голосов они могли и на соборе провести выгодную для них резолюцию (характерно, что через 400 лет после смерти Киприана христианство в Северной Африке исчезло)» (В.Ф. Марцинковский «Крещение взрослых и православие»).

Марцинковский дает пояснение ситуации, сложившейся вокруг идеи крещения младенцев: «Изредка раздавались за детокрещение и искренние голоса, но они иногда основаны на смешении понятий, и до IV века были отдельными, частными мнениями и отнюдь не выражали общецерковного учения в до-государственный период Церкви, когда она свободно следовала Евангелию — как это видно из церковной практики, которая еще в IV веке сохраняла крещение взрослых в христианских семьях, как общецерковный обычай. Защищал детокрещение или поместный Карфагенский собор, или отдельный епископ, или соборы, так называемые вселенские, халкидонский и константинопольский, бывшие уже в эпоху развития государственной церкви, действовавшей под давлением светской власти».

Как отмечает Марцинковский, «еще в IV в. было обычно крещение взрослых и именно в образцовых христианских семьях, и лишь в VI в., когда утвердилось господствующее государственное положение церкви, детокрещение стало распространенным и повсюдным» (В.Ф. Марцинковский «Крещение взрослых и православие»).

«До объединения церкви и государства обязательного или всеобщего крещения младенцев не было» - признает Филипп Шафф («История христианской церкви. Апостольское христианство. 1-100 г. По Р.Х.»).

«После 365 г. обряд крещения детей стал официальным учением Церкви (см. Constitucia Apostolica VI, 15, 7; Амвросий, De Abraham II, 11. 81, 84 (387); Златоуст, Hom. in Gen.40:4; Августин, Contra Pelagianum I, 6, 2 сл.). Начиная с этой даты письменные источники не содержат каких-либо сомнений в вопросе крещения детей, которое уже получило распространение от Северной Африки (см., например, Optatus of Milevis, Contra Parmenianum Donatistam Libri, VII, V, 10) до Италии» (Александр Валуйский, Александр Тарасенко «Крещение детей в ранней церкви: история и богословие»).




Идея крещения младенцев нашла мощную подпитку благодаря влиятельному церковному авторитету Августина (354–430). 

«Августин справедливо истолковывает такой обычай, как следствие веры в изначальную греховность всего рода человеческого: малое дитя осуждено Богом, едва появившись на свет, оно уже нечисто и нуждается в омовении… Идея о виновности человека от рождения привела к суеверному убеждению, что крестить младенцев необходимо во что бы то ни стало, иначе в случае ранней смерти их ждут вечные муки в аду» (Стюарт Дж. Холл «Учение и жизнь ранней Церкви»). 

«К крещению новорожденных [окончательно пришли] только в конце IV в., когда возобладала идея Августина о грехе первого человека, предопределившем осуждение любой, не искупившей этот грех особы. Августин один из первых выступил в поддержку необходимости совершать крещение не позднее семи дней после рождения. В коптской и маронитской церквах этот срок был определен в 15 дней. Родители и крестные становились гарантами приобщения новорожденного к вере» (Амброджо Донини «У истоков христианства»).

«Августин оказал огромное влияние на богословие не только V века, но и на ученых более позднего времени. Его авторитет в церкви был настолько велик, что он влиял на богословские споры больше, чем какой-либо другой писатель, кроме апостолов. Идеи [включая младенческое крещение] – влияние всего этого на раннюю церковь, да и на все церковное развитие вплоть до наших дней невозможно переоценить» (Джеймс Норт «История церкви»).

В труде, посвященном истории крещения, ученый Фредерик Бюлер пишет: «Археология, письменные документы и живопись свидетельствуют о том, что в целом раннехристианское крещение эволюционировало от полного погружения взрослых к окроплению младенцев, пройдя через промежуточные стадии частичного погружения взрослых и полного погружения младенцев».



ПОДГОТОВКА К КРЕЩЕНИЮ



«Идите и во всех народах подготавливайте учеников, крестя их во имя Отца, Сына и святого духа и уча их соблюдать всё, что я вам повелел» (Мф. 28:19,20). 

Согласно этим словам Иисуса, крещению человека должно предшествовать его основательное библейское обучение. Только в таком случае, намереваясь креститься, он может направлять «просьбу к Богу о чистой совести» (1 Пет. 3:21).

Но почему в ряде библейских отрывков сообщается, что люди крестились практически сразу после услышанной ими проповеди Иисуса или апостолов? Это объясняется тем, что речь в данный момент шла об иудеях или прозелитах, которые к тому времени уже имели необходимые знания из Священного Писания. Теперь от них требовалось только искреннее раскаяние в своих грехах и стремление посвятиться на служение Богу в качестве последователей его Сына, Иисуса.

«Все евреи знали закон Божий, и это знание считалось у них самым важным достоянием. Они помнили заповеди лучше, чем собственные имена. Обучение начиналось в раннем детстве в семье и продолжалось в школе и синагоге. Тимофей изучал Священные Писания на коленях у матери и бабушки. Иосиф Флавий с гордостью упоминает о том, что благодаря своим наставникам в возрасте четырнадцати лет он настолько точно знал закон, что с ним советовались первосвященник и первые лица Иерусалима. В каждом городе назначались учителя, и детей шести–семи лет учили читать […] Сторонний наблюдатель счел бы евреев того времени самым религиозным народом на земле, и в некотором смысле это соответствовало действительности. Никогда еще народ не находился под такой властью Божьего письменного закона; никогда еще народ не изучал священные книги столь тщательно и скрупулезно и не относился с большим почтением к своим священникам и учителям» (Филипп Шафф «История христианской церкви. Апостольское христианство. 1-100 г. По Р.Х.»).

«В Деяниях говорится, что люди крестились сразу после обращения. Это было вполне естественным в ранних христианских общинах - большинство обращенных либо приходили туда из иудаизма, либо находились до этого под его влиянием и поэтому имели представление о смысле христианской жизни и христианского послания. Когда же Церковь уже составляли преимущественно бывшие язычники, появилась необходимость в подготовке новообращенных, их испытании и обучении перед крещением. Период научения и испытания кандидата назывался "катехуменизацией", и в начале III века продолжался три года. За это время катехумены получали знания о христианском учении и своей повседневной жизнью должны были доказывать твердость убеждений. Наконец, непосредственно перед обрядом крещения они проходили проверку и вносились в списки для крещения» (Хусто Л. Гонсалес «История христианства. От основания Церкви до эпохи Реформации»).

«Крещение как акт посвящения в христианскую Церковь обычно проводилось на Пасху или в день Пятидесятницы. Вначале видимая вера в Христа и желание креститься были единственными требованиями, но к концу II века оглашенным (катехуменам) стали отводить испытательный срок, во время которого проверялась истинность их покаяния» (Эрл Е. Кернс «Дорогами христианства»).

«К крещению требовалось готовиться в течение длительного периода приобщения. Оно состояло в усвоении положений христианского вероучения – это так называемый катехуменат, или "устное наставление"» (Амброджо Донини «У истоков христианства»).

«В самые ранние времена крещение проводили сразу же после того, как человек покаялся и уверовал, например, в Деян. 2:41 иудеи крестились, приняв слово благовестника (хотя не очевидно, что обряд проводился именно в день проповеди, а не позже), и то же было с язычниками в Деян. 8:35-38 и 16:30-33. Однако с уходом апостольской эпохи подобные случаи становятся все более редкими, да и сами апостолы начинают вводить правила для новообращенных, как это делает Павел в 1 Фесс. 4:1-3. Постепенно увеличивается испытательный срок, в течение которого оглашенные готовились к крещению и принятию в полноправные члены общины. Надо отметить, что некрещеные слушатели все же считались христианами, им надлежало вести добродетельную жизнь и при необходимости погибнуть за веру, при этом мученическая смерть во имя Господа приравнивалась к крещению. […] Два или три года уверовавшие усердно посещали занятия и изучали правила христианской жизни, а потом переходили на более высокий уровень, где учеба была сложнее, а знания подвергались тщательным проверкам. После нескольких месяцев такой суровой подготовки следовало крещение» (Стюарт Дж. Холл «Учение и жизнь ранней Церкви»). 

С течением времени утвержденный с апостольских времен порядок обучения новообращенных перед их последующим крещением был предан забвению. Главной причиной тому стало все то же пресловутое объединение церкви с государством. Как только христианство стало государственной религией, а церковь – официальным клерикальным механизмом, поддерживающим государственную систему, сама суть учений Христа стала чем-то лишним, в лучшем случае, лишь служащей общим фоном т.н. «христианизации» населения. Государству была нужна новая, более живая идеология, способная сменить потерявшую эффективность религию языческих божеств. Христианство с его мучениками и «святыми» подходило на эту роль лучше всего. Но новых мучеников и идейных борцов за чистоту учений Евангелия правителям не хотелось плодить. Поэтому религия т.н. «христианства» в своей номинальной форме обратила внимание не на духовное просвещение людей, а на пополнение масс имперского электората, формально называющего себя «христианами», но живущими интересами мира. Даже если бы служители церкви поставили перед собой цель основательного обучения новообращенных, они не смогли бы этого сделать: основная масса народа шла в храмы за «новой верой» не ради познания истины, а на волне конъюнктуры. «Христианство» стало религией императоров и знати, что подразумевало соответствующее религиозное перевоплощение и всех остальных подданных 
«[Проповедь] часто не достигала цели, так как людей в церковь приходило так много, что не оставалось времени для подготовки их к крещению и тем более для водительства их в христианской жизни после крещения» (Хусто Л. Гонсалес «История христианства. От основания Церкви до эпохи Реформации»).

«О катехизации много говорят в течение шести веков после Р. Хр., и лишь седьмой и восьмой век молчат об этом предмете.» (В.М. Марцинковский «Крещение взрослых и православие»).

По словам православного историка А.И. Алмазова, целью катехизации изначально было стремление «обезопасить Церковь от вредных членов», «проверить твердость убеждения», «искренность желания» («История чиноследования крещения и миропомазания»). Но как только у имперской церкви сменились приоритеты, смысл в основательном евангельском обучении народа исчез. Вместе с ним оказались бессмысленными и требования к тем, кто желал креститься, что открыло практически беспрепятственный путь к крещению омирщвленных лиц, а также младенцев. В конечном счете это сказалось как на духовном уровне т.н. «христиан», так и на самом процессе проведения крещения.


*****


Свидетели Иеговы проводят крещение согласно библейскому образцу.