среда, 1 июля 2015 г.

"Вавилон Великий": процесс осушения в действии




«Воды, которые ты видел, где сидит блудница, означают народы, массы, нации и языки. Десять рогов, которые ты видел, и зверь возненавидят блудницу, разорят её и обнажат. Они объедят с неё плоть и сожгут её в огне. Ведь Бог вложил в их сердца осуществить его мысль, то есть осуществить одну их мысль: отдать их царство зверю, пока не сбудутся слова Бога. И женщина, которую ты видел, — это великая столица, царствующая над царями земли» (Отк. 17:15-18).


Признаться, эта часть библейского пророчества долгое время вызывала у меня определенные вопросы. Согласно библейскому повествованию, ложную религию ожидает повсеместное уничтожение. С этим все понятно. Непонятно было другое. Видя, как много в жизни огромного числа людей значит религия, невольно возникал вопрос: что должно будет побудить человеческие массы изменить свое отношение к столь авторитетному устройству, как религиозная система? Что стало бы причиной глобальных изменений в умонастроении общества?


Очевидно, что любое правительство при всем своем авторитете является лишь верхушкой государственной системы, отражающей основные настроения общества. Чтобы пойти на столь беспрецедентный шаг, как масштабное разрушение религиозных институтов, сильным мира сего недостаточно лишь принять соответствующее решение. Правители должны обладать уверенностью, что электорат в основе своей поддерживает курс властей. Тем более, если речь заходит о ниспровержении веками существующей системы, имеющей власть над «всеми народами» и обладающей миллионами приверженцев (Отк. 18:3).

Библия не дает четкого описания того климата, который будет формировать человеческие умы в данной ситуации. Тем не менее, в последнее время невольно ловишь себя на мысли, что этот процесс, похоже, уже получил запуск. Такое ощущение возникает из-за все чаще наблюдаемых тенденций, имеющих общий антиклерикальный вектор развития. Причем, эти тенденции характерны для все большего числа стран, включая даже государства с традиционным фундаменталистским отношением к религии.

Насколько бы высоким не казался уровень религиозного официоза, восприятие обществом религиозных структур безусловно меняется. Как в западных странах, так и в России число людей, считающих себя активными членами церкви, неуклонно падает. В частности, согласно выводам ведущего научного сотрудника аналитического Левада-центра Натальи Зоркой, «все наши данные за последние 20 лет говорят о том, что воцерковленными людьми можно считать не более 5%, это те люди, которые соблюдают каноны, участвуют в таинствах и обрядах. Доля этих людей не растет».  

Сама профессия священника становится все менее популярной. Согласно некоторым данным, количество абитуриентов в академиях и семинариях продолжает уменьшаться. Как признается на одном православном сайте, «падение популярности профессии священника уже не выглядит чем-то нелогичным и неожиданным».   

Причины значительного охлаждения интереса общества к религиозным институтам зачастую объясняются самодискредитацией со стороны самих этих институтов. В СМИ и в общественных дискуссиях клерикальные структуры нередко подвергаются критике за их вмешательство в политику, стремление к власти, навязывание религиозных постулатов обществу, начиная с детских и школьных учреждений. Ассоциирование религии с роскошью и храмовыми продажами еще сильнее подливают масло в огонь.




На общем отношении людей к религии сказывается и позиция клерикалов в вопросе военных конфликтов. Активная религиозная поддержка вооруженных формирований в местах боевых конфликтов, причем, поддержка с обеих сторон баррикады, поднимает серьезные вопросы в умах мыслящих людей. Довольно нелепо выглядит картина, когда представители одной и той же религии, воюющие друг с другом, пытаются  уверить, что Бог именно на их стороне. Люди в камуфляжах, молящиеся одному Богу и поднимающие практически идентичные религиозные стяги, с чувством исполненного религиозного долга разрушают инфраструктуру соседних городов, убивают друг друга и клянутся мстить тем, кого еще не успели убить… Доверия к религии это, мягко говоря, не добавляет…




Нравственное состояние священства стало отдельной темой дискуссий. В современном обществе никого не удивишь сенсациями о гомосексуализме в среде клириков. Причем, это касается не только католических или протестантских церквей, но и православия. Опальный протодиакон Андрей Кураев признал, что только в высшей эпископальной сфере в гомосексуализме подозревается «не менее пятидесяти наших епископов из трехсот. Это гораздо выше, чем средний процент гомосексуалистов среди людей и даже среди элит». 

Подобные факты, становящиеся достоянием общественности, не могут не сказаться на отношении обычных людей к религиозным системам. Как следствие, у все большего числа людей отпадает желание посещать богослужения. В западных странах даже появилась тенденция официального отказа от своей принадлежности к определенной конфессии. Огромное количество церквей вынуждено закрываться, либо перепрофилироваться под абсолютно светские заведения, типа клубов, кафе, помещений для танцпола или склады. 


Все это – реальные факты, подкрепляемые официальной статистикой. То, что воды Вавилона иссякают – вовсе не продукт чьих-то мечтаний, а очевидность. Как правило, за исключением отдельных крупных праздников, в церквах не увидишь большого количества народа. Люди уходят, но куда?

Показательно, что одновременно с охлаждением общего интереса к активной религиозной жизни во многих странах, наоборот, наблюдается усиление внерелигиозного образа жизни и взглядов. Набирает популярность мода на внеконфессионализм. В обществе растет численность тех, кто называет себя агностиками. На этой же почве свое второе дыхание обрели атеистические идеи.

Либерализация взглядов также вбивает свой клин в отношение к клерикальным институтам. Общество все более склонно иметь потребительский настрой, на фоне которого позиция некой религиозной жертвенности приобретает, скорее, условный характер. Религиозный символ на шее – это уже не знак личных убеждений, а в большей степени мода. Тем более, когда этот символ куплен в каком-нибудь дорогом ювелирном магазине. Иконки и образы на панели автомобиля – вовсе не показатель прилежных молитв водителя, а лишь пример суеверного страха человека перед риском аварии. И мы не удивляемся, видя, как на одном месте дружно соседствуют протестантский крест, православная иконка, статуэтка Будды и лягушка по Фен-Шую… 

Либеральный мейнстрим неминуемо сказывается и на позиции церковных лидеров. Сегодня проповедник тысячу раз подумает, что сказать во время богослужения, чтобы случайно не задеть чувств избалованных прихожан, от которых в храмовую казну итак поступает все меньше денег. Если в прошлом священник мог сурово пригрозить блуднику или пьянице отлучением от церкви, то сейчас на такие слова прихожанин только криво ухмыльнется и, небрежно сунув руки в карманы, сам направится к выходу. Уйти из церкви нынче не представляется великой потерей.




Видимо, по аналогичной причине в той же православной церкви сознательно отказались от выполнения целого ряда некогда непреложных церковных правил. Так, согласно 80 правилу VI Вселенского Собора (680-681 гг.), любой крещенный член церкви отлучался от церкви, если тот не посещал богослужения на протяжение трех недель. Нетрудно представить, почему столь строгое правило церковь сегодня пытается умолчать. Если она станет следовать этому предписанию, то из церкви придется изгнать львиную долю всех, кто считается «православными». Но с кем тогда она останется? Кто будет ее поддерживать? Да и кому из властей будет нужна такая церковь? Видимо, поэтому церкви ничего не остается, как молчать. Неудивительно, что, затрагивая подобный вопрос, протодиакон Андрей Кураев сетует: «Никакого внятного и тем паче «официального» объяснения тому, почему из нескольких сот церковных канонов действующими признаются лишь несколько десятков – нет».

Руководитель отдела социологических исследований Института общественного проектирования, социолог М.А. Тарусин объясняет причину реального религиозного состояния львиной части «православной» массы людей: «Эти цифры мало говорят о религиозности человека... [Большая часть из них] если и ходят в храм, то несколько раз в году, как в некую службу бытовых услуг – кулич освятить, крещенской воды взять... А часть из них даже и тогда не ходит, более того, многие могут и в Бога не верить, но при этом называют себя православными. [...] Основание в данной самоидентификации лежит в национальной традиции, в семейных традициях, в культуре. Если эти данные и могут считаться показателем чего-либо, то только современной русской национальной идентичности. Но не реальной религиозной принадлежности» («Православие и мир»).




Сегодня люди не хотят, чтобы их воспитывали и указывали как им жить. Они воспринимают религию лишь как возможность некоего видимого выражения своей внутренней мерцающей набожности. Вместе с тем лишь немногие готовы позволить заповедям Бога стать указателями для своих повседневных дел и образа мышления. Вера в Бога без знаний самого Бога вполне устраивает такое общество. И если религиозные институты позволят себе более строго диктовать условия, то люди, скорее, пожертвуют такими институтами, чем позволят им нарушить комфортное «духовное» состояние, которое они себе смогли устроить. Клирики понимают это не хуже самой паствы и, как следствие, принимают условия игры. В итоге, одни делают вид, что учат, другие – что учатся. Всех все устраивает. Пока устраивает…

На волне либеральных тенденций в мировом обществе многие церкви пошли на уступки, которые прежде невозможно было себе представить. Феминистское движение побудило церковных сановников согласиться на рукоположение женщин. Движение за права гомосексуалистов наряду с внутрицерковным «голубым лобби» смогли добиться возведения в сан представителей сексуальных меньшинств, а также благословения и венчания гомосексуальных пар. Церкви вынуждены пойти на это. Им приходится искать оправдание принятию таких решений. Однако сделать это крайне нелегко, учитывая, что Библия определенно называет гомосексуализм грехом (1 Кор. 6:9).



Западные политики доставляют клерикалам еще большие неудобства, продвигая либеральные лозунги о «правах однополых пар». В июне 2015 года верховный суд США внес изменение в Конституцию страны, разрешив браки гомосексуалистов во всех 50 штатах. Тем самым США стали 21-м государством, легализовавшим подобное действие. Американский президент Барак Обама назвал это решение событием, которым «Америка может гордиться». К слову сказать, сам Обама считает себя христианином… 

Впрочем, вовсе не обязательно, что сами политики обладают искренними симпатиями к гомосексуальным правам. Скорее, они такие же заложники либеральных воззрений, которые сегодня выставляются в качестве индикатора развития т.н. «прогрессивного общества». Если ты хочешь сохранить за собой симпатии электората, то должен говорить то, что это общество желает от тебя слышать. Если обществу хочется слышать не обличение в грехе, а потакание во вседозволенности, то и сильные мира сего должны говорить о вседозволенности, только в более изящной форме – например, как о «правах и свободах».
       

Что могут сделать церкви? Отказ от поддержки подобных решений политиков неминуемо означало бы обвинение со стороны общественности в «неуважении к правам человека». А дела у церкви итак не ахти какие, чтобы создавать себе проблему еще и в этой области. Остается лишь соглашаться с мнением сильных мира сего и делать вид будто Бог на их стороне.




ЛГБТ-движение – еще один необычайно влиятельный противник церкви. Во многом именно оно является источником формирования соответствующих воззрений в обществе и политике. Влиятельные лица из ЛГБТ-сообществ все активнее проникают в сферу большой политики, формируют т.н. «гей-лобби», продвигающее «нужные» решения в законодательстве тех или иных стран. Не представляется никаких более-менее реалистичных соображений как ЛГБТ-сообщество сможет ужиться с классическим христианством, обличающим саму идею гомосексуализма как нечистую и греховную. Единственные варианты, которые можно было бы рассматривать, попытка трансформации церкви под гей-уклон, либо полное отвержение ее как несоответствующей гомоидеологие. Первый вариант уже имеет место быть, примером чего является появление пастырей-гомосексуалистов и разрешение на венчание однополых пар. В частности, можно упомчянуть издание специальной версии Библии для гомосексуалистов, т.н. «Библии королевы Джеймс» (по аналогии с «Библией короля Иакова»), смягчающей отношение к гомосексуализму как к чему-то неправильному.




Впрочем, все это носит настолько «условно-христианский» характер, что слабо воспринимается в качестве сколь-нибудь серьезной альтернативы идее христианства как таковой. Куда реальнее представляется вариант отказа соответствующей категории лиц от клерикальной системы вообще, что вполне согласуется с грядущими событиями, описанными в Откровении 17-й главе.

Если говорить о международном организационном сообществе, то здесь также видно значительное изменение в отношении к религиозным институтам. Принятые ООН резолюции о диффамации религий можно воспринять как знак весьма болезненного отношения к проблемам, связанным с религиозными разногласиями в мире. Причем, критике со стороны ООН начал подвергаться даже Ватикан. Невольно возникает ощущение, что международное сообщество на столь высоком уровне испытывает все большую нервозность в отношении к религиозной сфере. И если однажды нужно будет обозначить виновного во всех проблемах человечества, как вы думаете, на кого легче всего можно будет указать пальцем?

Религия, в особенности в западном мире, все больше идет на уступки потребительски сформированному обществу. В свою очередь общество, добиваясь своего, приходит к определенным выводам. Например, что религиозные институты все больше становятся похожими на легкие ширмы, а не на крепости по отстаиванию нравственных и библейских принципов. А значит, и воспринимать их серьезно люди будут хотеть все меньше и меньше. 




Если брать Россию, то здесь тоже заметен духовный регресс отношения к религии. «Наше общество скорее является секулярным. Более половины жителей России (57%) хотят жить в стране, где религия не оказывает значимого влияния на жизнь большинства людей, а вера или неверие является частным делом каждого» - отмечает Информационное агентство Regnum. При этом обращается внимание на усиление настороженности россиян относительно роли религиозных сфер в жизни общества: «С 2007 г. по 2015 г. доля жителей России, выступающих за сохранение конституционной нормы о светском государстве, заметно выросла: с 54% до 64%». 

Как пример, в новостях появляются сюжеты о протестах жителей целого ряда районов столицы против строительства очередных храмов на территории парков и прочих общественных мест. Что показательно, протестующие считают себя верующими людьми и даже «православными». Но, как замечалось ранее, их вера мало согласуется с желанием видеть те самые православные храмы вблизи собственных домов.






  Сегодня религиозные институты стремительно теряют некогда многовековую сакральную неприкосновенность. За игнорирование религиозных постулатов людям не грозит инквизиция или опасность оказаться изгоем. Образование и карьера никак не зависят от религиозного выбора, а потому воспринимаются людьми с куда большей важностью, чем конфессиональная принадлежность. Религия же, наоборот, все чаще становится объектом сарказма и обличений. В частности, фильмы с антиклерикальным посылом неизменно получают широкую популярность, что наглядно подтверждает общую тенденцию в умонастроении общества.

Наблюдая данную картину, начинаешь понимать, что события, описанные в 17-й главе книги Откровения, будут не такими уж неожиданными. Их предпосылки закладываются уже сейчас. За напускной религиозной массовостью в реальности скрывается усугубляющаяся духовная апатия, которую клерикалам все сложнее скрывать. 

Вовсе не обязательно, что в великом бедствии общество должно стать атеистическим. Наоборот, судя по пророческому повествованию, люди сохранят некие формы религиозности, которые, впрочем, не будут соответствовать тому, что Библия называет «истинным поклонением» (Ин. 4:23,24; Отк. 16:9-11,21). Если предположить, что в тех событиях главной целью «десяти рогов» будет не искоренение религиозности как таковой, а устранение непосредственно властных религиозных институтов, клерикальных сфер, то вовлеченность народных масс в этот процесс становится более реалистичной. В принципе, подобные настроения присутствуют в среде верующих людей уже сейчас. Причем, из самых разных религий и конфессий...




Мы живем в сложное, но вместе с тем крайне интересное время. Предчувствие глобальных изменений в мире ощущается не только глубоко верующими людьми, но и теми, кому Бог безразличен. Но в отличие от неверующих людей, христиане понимают вектор развития мировых событий и их логический итог. Им не приходится говорить: «Что-то должно произойти»; они знают ЧТО в конечном счете должно случиться и насколько сильно изменится этот мир. Твердое основание для таких убеждений им дает знакомство с библейским сценарием развития событий, одной из наиважнейших сцен которого является уничтожение «Вавилона Великого» - мировой системы ложной религии.